Мы привыкли к жизни, в которой все уже разработано и наработано, есть учебники, приборы и медицинские препараты, рекомендации для врачей и протоколы (последовательности шагов), по которым они должны действовать в разных ситуациях. Ну, идет человек учиться на врача, поступает в мединститут, решает быть анестезиологом-реаниматологом, и дальше его учат. Есть кафедры, авторитеты, преподаватели — как будто так и было с начала мироздания.
Приведу цитату из книги Амосова, которая, если честно заставила меня в нашем с медицинской точки зрения достаточно обустроенном мире остолбенеть и совершенно по-другому посмотреть на людей прошедших через Великую Отечественную войну. Это пишет человек прошедший всю войну с Полевым Госпиталем и проведший за войну более 4000 операций. Пишет в 1955 году.
«Основная трудность: обезболивание. Весь мир оперировал под наркозом, с аппаратами, сначала – с масками, потом – через трубки в трахею. Только мы одни – советские – под местной анестезией. Александр Васильевич Вишневский, блаженной памяти, придумал методику, пригодную на все случаи жизни, на любой орган и заболевание. Кроме маленьких детей, – они ведь не понимают, что советский гражданин должен терпеть, во всем терпеть, и в операциях тоже. Метод – специально для нищих: не нужно аппаратов, анестезиологов, спешки, копайся себе на пару с сестрой. Причем делай любые операции, хоть в районной больнице: было бы умение.
Да, уменья местная анестезия требует много, почти столько, сколько сами манипуляции со скальпелем и иголкам! В принципе, метод хороший, уж я-то его освоил «от и до». Безопасный метод. Конечно, долговато оперировать, и от больного требуется терпение, но когда всех так оперируют – они настраиваются и чтобы, допустим, кричали, ни-ни, никогда. Одних только резекций легких я и мои помощники сделали таким манером свыше трех тысяч.
Не утерплю: картинка, уже в Киеве. Приехал из Лондона всемирно известный профессор-анестезиолог Мэкинтош. Просил показать удаление легкого под местной анестезией. Я нормально сделал, девушка с тяжелейшим туберкулезом не проронила ни звука. Не скрою, предупреждал ее: «Будет больно – скажи, не терпи». Молчала как рыба… Мэкинтош сказал:
– Этой девушке нужно дать звание Героя Социалистического Труда.
Когда в 1955 году пошел на сердце, после первой же попытки пришлось осваивать наркоз. Обрушился метод…
Самое досадное, что у нас был американский наркозный аппаратик, получили в войну по ленд-лизу. Не хватило ума овладеть. Прокол!»
Не боюсь показаться идиоткой. Но только вдумайтесь. Всю войну во всех наших госпиталях для всех раненных со всеми видами ранений никакого в привычном нам понимании наркоза НЕ БЫЛО! Только местная анестезия.
У меня никакого упрека. Только полное онемение перед подвигом врачей, медсестер и раненых.
Я не буду занудно излагать, в каком веке впервые начали использовать те или иные обезболивающие препараты. Дам вам другие кусочки этой картины.
Вот что писал Академик Амосов в своей книге «Голоса времен» после своей поездки в 1957 году на всемирный конгресс хирургов в Мексику: (Амосов, Николай Михайлович. Голоса времен / Н. М. Амосов. – М. : Вагриус, 1999)
ДО ТОГО МОМЕНТА кафедр анестезиологии- реаниматологии в СССР кроме Ленинграда еще нигде не было. Ну, то есть ВООБЩЕ НЕ БЫЛО.
«Путешествие окончилось. Результаты? По крайней мере, два: анестезиология и искусственное кровообращение. Первым нашим анестезиологом был Афанасий Маловичко, вторым – Депутат Андрей. Они научились вводить трубку в трахею и через нее давать смесь кислорода с парами эфира. Одновременно улучшились контроль за состоянием больного и управление кровообращением. Но все это на примитивном уровне. Была нужна теория.
На конгрессе я купил краткий учебник по анестезиологии, проработал и перевел все самое важное. После этого в Институте усовершенствования объявили прием по новой специальности. В начале 1958 года собрались врачи из областей и Киева. Я прочитал им короткий курс лекций.
В том же году перешел к нам от нейрохирургов Анатолий Иванович Трещинский, уже кандидат наук, притом с отличной подготовкой по неврологии. С нейрохирургами у него что-то «не сложилось», и министр В.Д. Братусь порекомендовал его для нового дела. Мне его учить не понадобилось, он сам во всем разобрался и со второго цикла уже учил курсантов. Его и считают основателем украинской анестезиологии. Нечто подобное сделал тогда же П.А. Куприянов в Ленинграде.
Трещинский самым активным образом включился в главное дело – искусственное кровообращение. И стал доктором наук. Я считался руководителем диссертации, но только номинально: он сам все сделал, я даже не помню, чтобы я читал текст.
Не могу не сказать: отношения с ним были трудные. Он обязательно доказывал свою правоту, даже при очевидном заблуждении. Такое упорство раздражало, и не только меня: все его уважали, но без теплоты. Вскоре после защиты он ушел со своей кафедрой в другую больницу, оставив нам своего коллегу по нейрохирургии Леонарда Петровича Чепкого. Этот уже пришел доктором наук, обладал легким характером, имел достаточные знания и большую работоспособность: прижился и проработал, наверное, лет десять. Вырастил нам кандидатов наук и тоже ушел на более легкий хлеб – на кафедру в мединституте. Нам оставил ученика Цигания Алешу. Он не столь ярок, но тоже работоспособный по части науки. Теперь уже его ученики дают наркозы.«
Что здесь важно для моего рассказа:
В Киеве в институте усовершенствования врачей возникла вторая в СССР кафедра анестезиологии. Оставим личные взаимоотношения медицинских светил в стороне. Перейдя здесь во ссылке, вы можете прочитать об основателе анестезиологии- реаниматологии на Украине и в СССР, по учебникам которого учились и учатся анестезиологии и реаниматологии, о профессоре Трещинском.
А теперь вернемся в Киргизию. НИИ туберкулеза. Кандидат наук, хирург Дыскин Виктор Павлович, специализирующийся на грудной хирургии, набирает команду врачей, для проведения операций. И ему до зарезу нужны квалифицированные анестезиологи. А их нет. Их вообще во Фрунзе минимальный минимум.
Спрашиваю Валерию Ашотовну: «Тетя Лера, а как вы учились на анестезиологов?»
Получаю ответ: «На работе. Кто-то учился в клинике у Ахунбаева, кто-то у Фингера, единицы ездили в Москву и Ленинград.
Мы сначала давали эфирный наркоз (когда больному подается эфир, смешанный с кислородом) . Были пропахшие этим эфиром насквозь. И чтобы не пугать запахом местное население в троллейбусе, шли домой пешком. Тропинка была от института до моего дома — ровно сорок пять минут пешком…
Виктор Павлович выбил у Минздрава одну единственную путевку для поездки на повышение квалификации в Киев на 9 месяцев. Одна анестезиолог поехать не смогла, потому что у нее был ребенок. А твоя мама поехала…»
Насколько я понимаю, в это время повсеместно начиналось обучение анестезиологов-реаниматологов и создание кафедр анестезиологии-реаниматологии.
Если вы в Яндексе введете запросы «кафедра анестезиологии-реаниматологии создана», «кафедра анестезиологии-реаниматологии история» «кафедра анестезиологии реаниматологии организована»
У вас появится информация :
«Кафедра анестезиологии и реаниматологии в Военно-медицинской академии была учреждена директивой начальника Генерального штаба ВС СССР №24244 от 18 августа 1958 г. Она явилась первой кафедрой такого профиля в нашей стране (в Ленинграде), что было далеко не случайно.» и далее начнут мелькать даты 1967, 1968, 1972, 1975 и названия республик и городов.
Совершенно замечательная статья об истории развития анестезиологии реаниматологии в СССР опубликована вот по этой ссылке
https://studall.org/all-17432.html
И она полностью перекликается с тем, что писал Амосов.
Приведу отрывок из нее.
«...в отличие от Англии и США, где выделение анестезиологии в отдельную специальность произошло в начале ХХ века, в нашей стране она получила соответствующее признание только в первое десятилетие после Великой Отечественной войны.
Среди тех немногих ведущих отечественных хирургов, которые в 50-е годы сознавали и отстаивали необходимость осуществления радикальных изменений в анестезиологическом обеспечении операций в большой хирургии, наиболее последовательным был академик АМН СССР Петр Андреевич Куприянов.
Он один из первых предпринял реальные шаги, направленные на практическую реализацию мировых достижений в области анестезиологии. Этому в немалой степени способствовало то, что руководимая им клиника факультетской хирургии №2 Военно-медицинской академии решала проблемы грудной хирургии. В 1947 г. ему удалось на 3 месяца командировать в Швецию в клинику профессора Бьерка (Стокгольм) одного из своих сотрудников, Милия Николаевича Аничкова, для освоения принципиально новой тактики ведения больных во время операции и в послеоперационном периоде с использованием интубации трахеи и искусственной вентиляции легких. М.Н.Аничков возвратился из командировки не только с навыками проведения эндотрахеальной анестезии, но и с эндотрахеальными трубками, ларингоскопом, а также аппаратом ингаляционного наркоза фирмы Мак-Кессен (США). Так появился в Ленинграде первый совершенный для того времени наркозный аппарат. Клиника за короткий период накопила значительный опыт использования нового метода, что привлекло к ней особое внимание врачей не только Ленинграда, но и других городов.
В 1954 г. в клинике фактически сформировалось нештатное анестезиологическое отделение. Из врачей в его состав вошли старший ординатор подполковник медицинской службы Б.С.Уваров и несколько позже — младший научный сотрудник старший лейтенант медицинской службы Ю.Н.Шанин, который окончил адъюнктуру при кафедре фармакологии. В 1956 г. по ходатайству П.А.Куприянова они были командированы на 2 месяца в Чехословакию. Это было продиктовано тем, что в Чехословакии в то время анестезиологическую помощь в основном возглавляли врачи, получившие во время пребывания их в эмиграции в Англии хорошую анестезиологическую подготовку.
С 1956 г. П.А.Куприянов настойчиво добивался создания в академии кафедры анестезиологии с тем, чтобы приступить к систематической подготовке специалистов этого профиля для Вооруженных Сил. Необходимость их, особенно в крупных военно-медицинских учреждениях становилась все более очевидной. В качестве временной меры было решено начать подготовку анестезиологов в клинике, на базе упомянутого выше нештатного отделения анестезиологии. Первая группа из 6 врачей прошла обучение в 1956 г., вторая аналогичная — в 1957 г. Таким образом, учреждению кафедры предшествовала значительная подготовительная работа.
Первоначально кафедра развернулась на базе клиники факультетской хирургии №2 в здании клиники Виллие (Сампсониевский пр.,5). Утвержденный ее штат предусматривал должности начальника, двух преподавателей, начальника лаборатории, врача-анестезиолога, инженера и техника по аппаратуре, врача-фармаколога, врача-лаборанта, двух лаборантов, медицинской сестры, двух препараторов, уборщицы. Кафедру возглавил по совместительству П.А.Куприянов. …
…П.А.Куприянову принадлежит очень важная роль в организации в составе хирургического общества Пирогова первой в стране секции анестезиологов (1957), которая затем трансформировалась в самостоятельное общество анестезиологов и реаниматологов. На первом заседании секции он сказал: «Сегодняшний день, несомненно, найдет отражение в истории советской медицины. В нашей стране впервые собралось научное общество врачей, которые призваны заниматься обезболиванием. Обезболиванию у нас до настоящего времени уделялось недостаточное внимание. Теперь в целях его развития намечено создание кафедр анестезиологии при некоторых институтах усовершенствования врачей».
1950-е — 70-е годы были периодом зарождения и становления анестезиологии-реаниматологии а нашей стране, а дальше шел период создания повсеместно в едином пространстве СССР кафедр анестезиологии-реаниматологии в медицинских институтах
И вот в это время Валерия Владимировна Соседова в 1969 году поехала по путевке минздрава на девять месяцев осваивать профессию анестезиолога -реаниматолога в Киев, на кафедру анестезиологии, основанную и возглавляемую профессором Анатолием Ивановичем Трещинским, по учебникам которого врачи Советского Союза учились анестезиологии -реаниматологии.
Перейдите по ссылке и прочитайте, кто такой и кем в анестезиологии и реаниматологии является Анатолий Иванович Трещинский. Комментарии не требуются.
Спрашиваю Валерию Ашотовну, которая в то время работала во Фрунзе в команде моего отца: «А мама рассказывала о том, как она училась в Киеве?»
Тетя Лера говорит: «Да, там было очень интересно, и она присылала нам подробные письма, о том, как и чему она учится. Она была дружна с женой профессора Трещинского. И в то время Амосов проводил первые операции на открытом сердце. твоя мама там присутствовала.»
Мамины письма не сохранились. Но вполне понятно? что это была профессиональна ШКОЛА.
Добавлю, что она не просто девять месяцев прошла курс подготовки в Киеве и вернулась во Фрунзе. Цитирую Валерию Владимировну: «В 1974 году в Киевском ИУВ (институт усовершенствования врачей) защитила диссертацию на степень кандидата медицинских наук на тему «Клиническая и функциональная характеристика некоторых методов обезболивания после операций на легких и плевре»»
Она сначала отучилась на кафедре анестезиологии Трещинского, а затем была в постоянном общении с кафедрой, работала над диссертацией и там же, в Киеве, ее защитила.
И, кстати стало понятно, как Валерия Владимировна а побывала во Львове. В 1969 году там был проведен I съезд анестезиологов Украины, на котором впервые были рассмотрены вопросы организации и перспективы развития анестезиологии и реаниматологии в УССР. Цитирую краткую биографию профессора Трещинского: «Сотрудники кафедры анестезиологии, возглавляемой профессором А. И. Трещинским, сделали 14 докладов по всем 4-х разделам тематики съезда. Впервые Анатолием Ивановичем был поднят вопрос — о профессии врача «анестезиолога-реаниматолога». «
Как и обещала, даю более подробные данные по анестезиологии в 1969 году в Киргизии:
История создания киргизской службы анестезиологии-реаниматологии неразрывно связана с именем выдающегося хирурга, ученого и политического деятеля Исы Коноевича Ахунбаева.
Благодаря ему первые отделения анестезиологии-реанимации были созданы на базе Республиканской клинической больницы МЗКР в 1963, в последующем была создана единая школа анестезиологии-реанимации, основаны курсы усовершенствования врачей.
Большую роль в деле подготовки кадров анестезиологов и реаниматологов в Кыргызстане сыграло создание в 1969 году доцентского курса анестезиологии и реаниматологии в составе кафедры общей хирургии КГМИ, первым руководителем которого стал главный внештатный специалист МЗ Киргизской ССР по анестезиологии-реаниматологии кандидат медицинских наук М. Г. Фингер (10.01.1930-03.11.2015)
В 1973 году при факультете усовершенствования врачей КГМИ был организован доцентский курс по анестезиологии и реаниматологии (зав. доц. М.Г. Фингер), на котором проходили специализацию и повышали квалификацию врачи анестезиологи-реаниматологи Республики.
К 1968 году число анестезиологических отделений в Республике возросло до 8 (РКБ, институт туберкулеза, ГКБ №2, ДКБ №3, институт онкологии, Ошская областная больница, род.дом №2, терминальный центр в г. Фрунзе). В Пржевальске, Нарыне Дж-Абаде, Токмаке, Таласе и др работали группы врачей-анестезиологов и сестер-анестезизток. Таким образом, впервые анестезиологические группы в Республике начали формироваться в начале 60-х годов на базе РКБ МЗ КР.
https://koar.kg/hystory-anesthesiology
