***
Весна, на лавке в парке, утомлённый
Спит крепко старый бомж в тени ветвей,
Над ним на тонкой ветке упоённо
Рулады рассыпает соловей.
БОМЖ
С ветки жёлтый лист сорвался
И, гонимый ветерком,
По земле закувыркался,
Как птенец с одним крылом…
На лавчонке – мужичонка.
Голова на рюкзаке,
Он лицо прикрыл кепчонкой
И сухарь зажал в руке.
Рядом с лавочкой – бутылка
На три четверти пуста,
Невесёлая ухмылка
В уголке кривого рта.
Не парнишка, не мальчонка,
Мужиком не назовёшь.
Одним словом – мужичонка,
А прохожий скажет: БОМЖ.
Он сочувствия не примет,
До бесед не снизойдёт,
Лишь чуток кепчонку сдвинет
И куда-то вас пошлёт.
Кто он в прошлом – непонятно,
Кем обманут? Кем любим?
Неизвестным был? Был знатным?
Пред законом чист? Судим?
Жил ни шатко и ни валко,
Не заглядывая в даль?
Никому его не жалко,
Никого ему не жаль.
Нет семьи, забыл о предках,
Круг забот ничтожно мал…
Он – листок забывший ветку.
Ту, с которой он упал…
